Частные судебные эксперты критически оценили проект закона о судебно-экспертной деятельности

Об этом в ходе круглого стола на тему «Актуальные вопросы защиты прав и интересов предпринимателей в свете изменений в федеральный закон о судебно-экспертной деятельности», организованного аппаратом Уполномоченного при Президенте России по защите прав предпринимателей, заявила президент Палаты судебных экспертов имени Ю.Г. Корухова (СУДЭКС), доктор юридических наук Елена Россинская.

На мероприятии удалось собрать выдающихся представителей как науки, так и практики в  сфере экспертизы. Обсуждали проект изменений в закон о судебно-экспертной деятельности.  Де-юре – это поправки, но де-факто – практически новый закон.

«Представленный сейчас текст трудно назвать поправками, скорее приходится говорить о совершенно новом законопроекте, - отметила Елена Россинская. – Вопросов у специалистов к нему очень много.

Среди прочего, например, вызывает недоумение попытка дать в законе определение «заведомо ложных заключения или показания эксперта». Всем известно, что соответствующая статья 307 УК РФ – «мертвая», не работающая. Именно по той причине, что доказать заведомость ложного заключения практически невозможно. Но в законопроекте говорится не только о действии, но еще и о бездействии. Это вообще как?

«Заведомо ложные заключения или показания эксперта – умышленные действия или бездействие, направленные на дачу заключения или показаний, в которых эксперт дает заведомо недостоверные выводы или не дает ответов на поставленные перед ним вопросы о существенных для дела обстоятельствах, которые были установлены им в ходе исследования», написано в законопроекте. Экспертные ошибки - это тема кандидатских и докторских диссертаций. Они бывают субъективные и объективные. Но что предлагается делать следователю? Разбираться в том, что эксперт должен был установить, но не установил? Это вопрос компетентности, а не уголовной ответственности.

У нас уже были случаи, когда в арбитражном процессе недовольный истец заявлял, что экспертиза – это услуга, и регулируется законом о защите прав потребителей. Конечно, Верховный суд поправил такую точку зрения, экспертиза – никакая не услуга, но «подгонять» ее под заданные условия все равно нельзя». 

Генеральный директор Союза «Палата судебных экспертов имени Ю.Г. Корухова», полковник полиции в отставке Евгений Китайгородский полагает, что обязательное лицензирование всех судебных экспертов приведет, к одной стороны,  к формализации этой деятельности, а с другой – к росту коррупции. «Есть ли у меня знания, нет ли – никого волновать не будет, достаточно будет выданной бумажки, - пояснил он. –Вместо этого нужен профессиональный стандарт судебного эксперта, чтобы можно было определять уровень его работы по закону о независимой оценке квалификации».

Евгений Китайгородский призвал не переводить научно­методическое и информационное обеспечение деятельности судебно-экспертных организаций и индивидуальных предпринимателей – судебных экспертов, на договорную основу (как это формулируется в законопроекте), а сделать основную часть методик общедоступной.

«Самое главное – привлечь к разработке закона специалистов, включая частных экспертов, которые смогут выработать грамотный, правильный документ», - резюмировал он.

Практически все участники обсуждения согласились с целесообразностью создания палаты, однако и ее формирование и порядок функционирования должны быть четко определены, и, совершенно точно, учитывать армию частных экспертов, которая, исходя из приведенных на круглом столе данных, обеспечивает более 60 процентов проводимых судебных экспертиз.